Роль личности в культуре  

ГЕРАКЛИТ

Гераклит,
.............болит,
..................как и тридцать веков назад,
Зверь вер
..............бежит
....................в алетейю античных засад.
Твой плач –
...............вдали,
......................психеи летучи, как встарь,
Огонь
..........калит
...................вековечный цепной кошмар.
Себя
..........познать
.....................до сих пор не дано никому,
Концепции
..............вспять
.........................в твою ретируются тьму,
Эфес
..............плывет
...........................на фоне ночных стихий,
У Пе-
..............нелоп –
..............................хронические женихи.
Гераклит,
.............горит
.......................кибернетика всех ойкумен,
Ржа ран
..................велит
...........................из твоих напитаться вен.
Олимпа
..............тень
.....................свободу клянет, как напасть,
Но в тот же
..................плен
..........................дважды никак не попасть.
Гераклит,
..............болит
....................также тридцать веков спустя.
Оракул
............спит,
...................от прогнозов своих открестясь.


ПРОДОЛЖАЯ ПРОТАГОРА

Человек – мера всех вещей.
Протагор


Человек – сам себе химера
На зыбях вселенского дна,
Даже если вещей мера,
Вещам этим – грош цена.


ЕПИСКОП БЕРКЛИ

Материальность
…………………..курируют нетости коды,
Но не теряют объекты
……………………………....к себе пиетет;
Всласть потребляют
…………………..по вере и вкусу народы
То, чего вне энергии
……………………….....употребления нет.
Без нужды из нуля
……………….умножаются сути, епископ;
А то, что не суть,
…………………источает особенный шарм.
Поглощает всеядно
………………..широкий алтарный выступ
Дары, что шаблонно
……………....подносят с грехом пополам.
Столпотворения пульс
………………….........театрально неистов,
Ничто возле нечто
………….......не держит дистанций ничуть.
Легко симулякрам Земли
………………………..улыбнитесь, епископ;
Крест на природе поставив,
………………………………...зажгите свечу.


ШОПЕНГАУЭР

Когда рассуждает о воле Артур Шопенгауэр,
Неволю сто раз осенит ее темный тотем,
С ритма собьется ударенный вечностью таймер,
Незадача пронзит коренную канву теорем.

Вера чудит, компонуя в пучки представленья,
Над головами – скрещенье незримых секир.
Музам-солдатам феминное счастье Сирены
В загробье музеев сулит Аполлон-командир.

Этносы с разной окраской подкорки и кожи
Только шкурный имеют один к одному интерес.
Благие явленья, свою пустоту подытожив,
Молятся «вещи в себе» с Pater noster вразрез.

Эталоны и штампы мельчают на ложе Прокруста,
Не хватает содружествам соединительных букс.
Восточные радости передаются изустно –
Это код забронировать келью в нирване-люкс.

Очаги и оплоты стоят на «подкопанной почве».
Белокурые аисты носят в потемках детей.
Лебединая песнь. Лихорадочная чечетка
Птицы счастья на пнях, обелисках и груде костей.

Артур, не унять этот рынок, где шило на мыло…
Материализм отмывает гнилой капитал.
Еще раз хлебни этой ртути, влей яда в чернила,
Опиши изумительно то, что в гробу видал.


ДОСТОЕВСКИЙ

По Кузнечному бродят ночами тени,
Как будто не прочен хозяйский засов, –
Интенциальности произведений,
Выщербляющие арматуру основ.

Во мгле Петербурга – дымы преисподней,
А утром шаманит лиловый туман,
И в атмосфере, дышать непригодной,
Синеют эрзацы библейских манн.

Так заразиться мирской лихорадкой,
Чумы и проказы испробовать вкус
И многозначным души непорядком
Оттенить неподвижность предписанных уз,

Так развернуть неприкаянность бдений,
Преткновения камни расставить и прок
Подвести ненароком к огню искупленья
Может только усвоивший горний урок.

На кострах всесожжения белые птицы –
Словно заклятой модальности штрих;
Тишь из мертвого дома вот-вот разразится
В эпицентре цветных домовитых шумих.

В поле брани ветвятся рассудка дороги,
То смешон, то чудовищен их разворот.
За сумбуром, у святости разум исторгнув,
До скончания века застыл Идиот.

Притягательно-жуткий, таинственный Мастер,
Антитезисный синтез и Агнца броня;
Следы кандалов и чернил на запястье,
Икс пяти континентов лущит пятерня.


КАСПАР ДАВИД ФРИДРИХ

Даже волки и лисы
…………………...от этих пейзажей завоют,
Несговорчивость скал –
…………….как трансцендентности твердь;
И если вниманье
………………………..глубокие очи откроет,
То натолкнется
………………….на зори пьянящую смерть.
Формы и образы
…………………..– узники сил притяженья –
Заживо вплавлены
……………………......в околоземную хворь.
Кисть, что себе на уме, –
……………………...инструмент отклоненья
От популярных столпов,
…………………...............родословных опор.
Одиночество, с долей согласное,
……………………………...движется кверху,
Монаху у моря –
…………………в лиловую мессу впорхнуть,
Призрачный воздух
……………….– пленительность и прореха –
До невесомости
…………………….может раздвинуть грудь.
Антиландшафты –
…………………...романтики самосожженье,
На сопках заката –
……………………..немыслимости реквизит.
Бледный художник
………………………...(Урании обогащенье)
В сумерках рода
………………..безродным свеченьем укрыт.


ВЕЧНЫЙ ЖИТЕЛЬ КЕНИГСБЕРГА

Аллеи, мосты в Кенигсберге
Обожают его шаги.
Практический ум исковеркав,
Спицы заумной мги

Вяжут хромые узоры,
Леденящие каждый сезон,
И некий чудной мораторий
Спасает основу времен.

Полагается опыт на случай
И везение в добрый час
И никогда не изучит
Свой априорный фугас.

Ливни хлещут то энтузиазмы,
То хандры и смирения скит,
И критикой чистого разума
Молнии росчерк висит.

Как ни пытай акциденции,
Не откроют субстанций код;
Мира внутренние секреции
Засекретил его антипод.

Что снится той кафедре ветхой,
Вкусившей вселенских скорбей?
Запылились в ее прорехе
Опаленности «вещью в себе».

Антиномии – враг прогресса –
Над городом вьют Ничто.
Лунатично гуляет профессор
В известнейшем старом пальто.


НАВЕЯННОЕ КАФКОЙ

Шагаешь средь ясного дня
Рачительным энтузиастом;
Вдруг, содержимое приподняв,
Одушевится пространство.

Предъявят апломб и права
Косвенные порожденья,
Ворвутся в гульбу естества
Предметы чужих радений.

Институт социальных опек
Поддастся незримому прессу –
И вневедомственно имярек
Не выиграет процесса.


ЭМПЕДОКЛ

Эмпедокл, и оракул не зряч,
И хворост событий – ломок.
В синеве – Гераклита плач
И смех с Олимпийских потемок.

Над флагами баз, крепостей,
Состязаний и домоводства –
Яркой славы твоей апогей
Как вершина земного сиротства.

У царских династий – плюмаж,
Респектабельные атавизмы,
У тебя – из астральных пряж
Достояние и харизма.

В глубях эйдос и логос хранят
Заряд огневых свершений,
А поэм потайной звукоряд
Ищет с ними немых сопряжений.

Помещает межзвездный буклет
Шедевр Эмпедокла-поэта,
А внимательней всех на Земле
Тобою заслушалась Этна.

Галина Мун


Главная страница
Поэтические циклы