Полюсы мира  

СВЕТ И ТЬМА

Грозно и грузно ложатся ветвистые скорбные тени
на возбужденную огненным диском дневную ретивость,
многополярные сферы динамики млеют.
Пастырь света и мрака, шутя, поощряет обоих.
Впрочем, борьба их, единство, истоки и противотоки
давно довели до хронической травмы рассудок.
На том же безлюдье монах Просветленный Будда
и Гераклит из Эфеса, Элладою названный Темным.
Черный пафос тонирует выпады белой горячки
и белые флаги расчетливых капитуляций.
Угольный лак саркофага по качеству ингредиентов
сходен с молочной эмалью красующейся колыбели.
Смог чернокнижья – над ярким лучом откровений,
солнечный ляпсус веселый – в унынии тусклой лужи,
а путаный сумрак наукообразных дидактик
проглатывает безразмерная, ясная табула раса.
Радужный полдень усердно обогащает наглядность,
золотит молодую оснастку зацикленного просвещенья,
а на досуге копает свое подсознание – полночь –
и находит пласты беспросветности, в гуще которых –
чарующий хмель светонепроницаемой тайны.
Резкие вспышки сверлят помраченность сознанья.
Черные дыры дымят в осиянности гордых вышин.

День и ночь, неразрывно скрепленные швами зари,
развивают стихийно свою хлопотливую ненастоящесть,
гадая под знаменьем подлинной и непроглядной тьмы:
придется
представиться или преставиться в истинном свете?

Галина Мун


Главная страница
Калейдоскоп перипетий